«Эй, реф! Сколько они тебе заплатили?!» Что было после «зелёного дерби»
О том, как Линус Умарк устроил допрос судьям, обвинив их в продажности, об обиде Кирилла Капризова и о том, почему команде не дали поблагодарить болельщиков
Где-то за стеной громко играла музыка. Электрогитара отлично показывала настроение тех, кто там был. Дверь приоткрылась, появился Александр Свитов и с широкой улыбкой проследовал на допинг-контроль, пройдя мимо закрытой наглухо двери в раздевалку «Салавата Юлаева».
После матча прошло уже минут двадцать, а в зоне уфимцев – тишина. Заперлись и о чём-то говорили, пытаясь не слышать, что происходит за стеной, откуда доносились Scorpions.
Первым появился генеральный директор Валерий Нургутдинов. Шумно выдохнув, он направился к выходу со стадиона. На просьбу дать комментарий кивнул себе за спину, где шёл понурый и уставший Леонид Вайсфельд.
– К арбитрам сегодня претензий много?
– У меня много вопросов, – когда речь в этой серии заходит о судействе Вайсфельд начинает закипать.
– Будете писать в КХЛ теперь?
– Сначала посмотрим видео, может быть на эмоциях я ошибаюсь.
– Какие ближайшие планы у команды?
– В Уфу полетим.
Возле раздевалки потихоньку появлялась жизнь. Мимо с коробками из-под пончиков в тренерскую прошёл Игорь Захаркин. Следом вдруг выскочил с телефоном Линус Умарк.
– Смотри, смотри, это нарушение? – протягивая мне смартфон показывал видео с удалением Сами Лепистё в овертайме.
– Не похоже, – растерялся я.
– Как это *** «не похоже»? Это чистый дайвинг! Где тут комната судей, покажи мне, – Умарка было не остановить.
От раздевалок на «Татнефть Арены» до комнаты судей – несколько шагов по коридору. Серия уже завершилась, но когда у тебя украли шанс победить в овертайме решающего матча, не помахать кулаками после драки тяжело. Швед устремился по коридору.
Возле входа в судейскую – молодой охранник и представители полиции. Увидев Умарка, парень растерялся.
– Вам кого позвать?
– Кого угодно, мне просто спросить.
Полицейские напряглись. Правда, смущал их не хоккеист, который ломился к судьям, а снимающий рядом журналист. Откуда ни возьмись появился начальник охраны арены, который получше знаком с регламентом, запрещающим игрокам контактировать с официальными лицами.
– А ну-ка уходи отсюда! – заволновался начальник охраны пытаясь оттащить Умарка от судейской. Но тот был нарочито спокоен, тем более что по-русски швед понимает всего несколько слов – других, не этих.
– Переведите ему, что его сейчас в полицию заберут! – кричал охранник то ли журналисту, то ли представителю клуба, то ли просто в надежде, что игрок его поймёт.
– Эй, спокойно. Нет проблемы, я только спросить, – спокойствию шведского хоккеиста можно было только завидовать, особенно тем, кто видел его парой минут ранее.
– Хоккеист Умарк не имеет права разговаривать с судьями! – продолжал поднимать кипиш начальник охраны, но тут к ним вышел судья.
– Отлично, у меня вопрос. Что вы думаете, здесь было нарушение? – показывая видео на телефоне арбитру спросил хоккеист.
– Ну… вот клюшка… вот рука, – робко пытался объяснить судья.
У него явно не выходило дать оценку эпизоду. Он смотрел на видео и сам пытался понять, за что удалили игрока «Салавата».
– Сколько они тебе заплатили? Как ты вообще мне в глаза теперь можешь смотреть? – не получив внятного ответа, Умарк снова начал заводиться.
Судья поспешно развернулся и скрылся в раздевалке. Игрок пошёл обратно, рассыпая проклятья и ругательства.
В это время возле раздевалки «Салавата» искали представителя болельщиков. Команду организовали, чтобы она поблагодарила фанатский сектор. Не найдя ответственного, повели игроков и тренеров ко льду. Журналисты проследовали за игроками, но стоило тем выйти из подтрибунных помещений – развернулись.
– Что там? – спросил у Кирилла Капризова.
– Там никого нет, – удивлённо проговорил игрок.
Болельщиков к этому времени вывели с трибуны, но к команде не пускали, как и их представителя.
– Обидные очень матчи были, – продолжил Капризов. – Конечно, обидно проигрывать, но сейчас что уже сделаешь…
– Есть за что извиниться перед болельщиками?
– У нас прекрасные болельщики, спасибо что приезжали и болели за нас.
– Умарка там успокоили, а то он от судей ушёл в возбужденном состоянии?
– Да, всё нормально, он спокоен.
– Что не получилось? Победить, – аналитика от Энвера Лисина была простой. Никто в команде не верил, что сезон закончится 2 марта. Игроки были в шоке.
– Возможно, для Захаркина это поражение стало последним в «Салавате».
– Я не знаю, что сказать. Мы сделали всё, что могли. Пока в таком состоянии находимся, ничего не понимаем.
Ближайшие планы команды – вернуться в Уфу, переспать с мыслью, что всё окончено, и готовиться к отпуску. Контракты у большинства игроков до конца апреля, но очевидно, что команду отпустят раньше.
Игроки «Салавата» выходили с баулами на улицу. За стеной выключили музыку.
Автор
Тема: ХОККЕЙ (Прочитано 1730959 раз)
